Сумгаит.инфо Свидетельские показания в штаб-квартире общества "Мемориал" (г.Москва)
Home
Этнические чистки
Другое
Корни конфликтов
Правовые аспекты
Архив прессы
Операция "Кольцо"
Нахичеван
Документы

Сумгаит 1988
Баку 1990
Марага 1992
Другие

Ходжалы
Ссылки
Форум
О сайте

СВИДЕТЕЛЬСТВО

Анны Карапетян из села Мартунашен Ханларского района Азербайджана

Три года мы жили в блокаде. Все входы и выходы к нам только через вертолет. Отрезаны от внешнего мира, не получали даже газет, Часто турки отключали у нас воду и свет. А, значит, не могли смотреть и телевизор. Почту месяцами не получали. Да и вертолеты бывало подолгу не летали, то военные запрещают, то нелетная погода. Пока турки не выгнали армян из села Кушчи-Армавир, это было в 1989 году, можно было свободно ездить в Шаумяновский район, а оттуда и в Степанакерт, А в последнее время сидели в основном у себя дома, обложили нас как зверей со всех сторон. За три года мы уже привыкли к стрельбе. Сколько раз дома обстреливали, скот похищали, засады устраивали. Ведь только наших два села остались, устояли, а остальные Камо, Азат, Айгестан, Кушчи-Армавир... Сотни лет там армяне жали, а теперь - турки. Вот, на кладбище в Геташене сохранились плиты надгробные восьмого века! И что самое удивительное, у этих плит есть и сегодня хозяева - прямые потомки жили в Геташене вот до этих событий. Тем не менее, мы не теряли надежды на лучшую жизнь, главное для нас было остаться на своей земле. Пытались убедить в этом и детей. Один из учеников третьего класса как-то написал Горбачеву: "Мы не хотим никаких подарков, ничего, только хотим мирно жить на этой земле, в домах дедов".
29 апреля у нас был еще мирный день, а 30-го мой муж Давтян Хачатур был убит. Ему было 67 лет. Он продолжал работать в школе учителем. Утром 30 апреля, когда я выгоняла скотину, мне соседи сказали, что село окружено танками и БТР-ми. Их было много, около 50-70 штук. Я сказала об этом мужу, но он посоветовал мне успокоиться: "Ничего страшного, наверное, они пришли проверить наши паспорта и поискать оружие". Он добавил еще: "Как пришли, так и уйдут". Наш дом находился прямо в низине, у въезда в село. В это время в наш двор въехал БТР желтого цвета и машины с брезентовым верхом. Там были ОМОНовцы. Они были одеты в самую разную одежду. На головах каски, а лица измазаны зеленкой и сажей. Из машины вышел один из чинов и приказал: "До нулевой!" Затем 15-20 солдат и ОМОНовцев вошли в дом. Сначала они попросили наши паспорта, а один из них сказал, что нужно подписать заявление о том, что мы согласны добровольно переехать в Армению. Я сказала мужу, что бы они ни говорили, ты им не противоречь. После проверки паспортов они начали делать обыск. Перевернули буквально все - искали оружие. Но его у нас не было. Я попыталась как-то прибрать за ними, но они в грубой форме не позволили. Затем мне приказали принести ключи от дверей на втором этаже и проводить их наверх. Со мной поднялись пять ОМОНовцев, остальные и мой муж остались внизу. ОМОНовцы родом были из соседнего азербайджанского села Сарису.
Когда я спустилась вниз, моего мужа не было. Я спросила где он? ОМОНовец ухмыляясь ответил, что скоро мой муж вернется. Я тогда не придала этому значения. В это время на улице началась стрельба из автоматов, пулеметов, орудий и как-будто из "катюш". Мне приказали не выходить из дома. ОМОНовцы ушли. Скоро я почувствовала запах гари, а потом в комнату стал просачиваться дым. Выскочив из дома я поняла, что бандиты подожгли дом, на земле, вокруг дома валялись какие-то пустые бутылки, которых раньше я не, видела. Меня окликнула, соседка, она сказала, что ее мужа тоже забрали. Она меня стала успокаивать, говорила, что скоро их всех выпустят. Село было словно вымершее. Горели дома, слышна была близкая стрельба. Мы попытались выбраться и переждать в лесу. Но вскоре на дороге наткнулись на четыре трупа. Два из них были страшно изуродованы, по ним проехал танк. Там был и мой муж. Мы не могли похоронить на кладбише, так как оно находилось далеко, и мы боялись наткнуться на ОМОНовцев. К вечеру все стихло и жители в основном женщины, решили на следующий день совершить похоронный обряд. Но с утра опять начался обстрел села и мы убежали в лес. Тогда солдаты и ОМОНовцы начали обстреливать лес. До темноты мы оставались в лесу. На ночь мы вернулись в село и многие нашли свои жилища разграбленными, т.е. пока мы прятались в лесу, пришли ОМОНовцы и местные азербайджанцы и все разграбили. К 4 мая село было сожжено и разграблено. За четыре дня эти преступники, я имею в виду и русских, уничтожили село, которому более тысячи лет.
3 мая, мы, оставшиеся женщины, решили уйти в Геташен. К этому времени жители Геташена также спасая детей, вынуждены были подписать бумажку о переезде в Армению. Председатель Геташенского сельсовета в первую очередь решил отправить в Армению нас и детей Даже при посадке в вертолет торжествующие ОМОНовцы продолжали стрелять в нашу сторону Нам приходилось как-то пригибаться и прижимать к себе детей. Сопровождавшие нас до вертолета солдаты, даже они принуждены были несколько раз выстрелить в сторону ОМОНовцев и вверх. Но на этом наши мучения не закончились вместо Еревана, как нам было обещано, нас привезли в Степанакерт, опять в руки этих бандитов В аэропорту ОМОНовцы продержали нас под дулами автоматов около шести часов, пока в 11 часов ночи за нами не приехали армянские милиционеры из Степанакерта. Три дня мы гостили в Степанакерте, а потом нас всех по списку собрали солдаты и отправили в Ереван. Сейчас мы живем в пансионате в Цахкадзоре.

28 мая 1991г.,
штаб-квартира "Мемориала"
(г.Москва)

СВИДЕТЕЛЬСТВО

Григорян Светы Багратовны с. Мец Шен Шушинский район НКАО

15 мая в 7 часов утра в наше село Мец Шен в сопровождении бронетранспортеров ворвались солдаты внутренних войск МВД СССР и азербайджанские ОМОНовцы. ОМОНовцы были вооружены автоматами, гранатами, ножами, у многих торчали топорища. Наш дом был первым на их пути. ОМОНовцы схватили моего мужа и старшего брата и стали избивать железными перчатками. Затем бросили их на землю и связали, а младшего - Анушавана Григоряна - также связали и поволокли в подвал. Одновременно женщинам и детям было приказано войти в дом и не покидать его без разрешения. Но я не выдержала и спустилась за своим братом в подвал. У ОМОНовцев не было ключей, и они приказали мне их принести; они нам объяснили, что ищут оружие. Не успела я спуститься с ключами обратно, как раздались выстрелы. Эти звери практически у меня на глазах убили брата. У него остались двое детей и беременная жена, которая должна была скоро рожать. Я нагнулась к брату и хотела приподнять его, но они схватили меня и стали угрожать смертью. Мне удалось вырваться и убежать. Моих племянников, сыновей Анушавана и Нарека, 9 и 10 лет тоже хотели расстрелять, их даже поставили к стене дома. Азербайджанцы говорили, что у них "глаза как у боевиков" и что когда они вырастут, то могут им отомстить. В этот момент вмешались солдаты и увели детей. К этому времени всех мужчин уже собрали на майдане и посадили в автобусы. Затем их вывезли в Лачин.
На следующий день всех, кроме 43 человек, вернули обратно Они все были избиты и им было трудно стоять на ногах. Мой старший брат также был сильно избит, кроме этого ему выдернули усы. На него было страшно смотреть. От вернувшихся я узнала, что с ними вытворяли в Лачине. Это было страшно и мерзко слушать. Один 80-летний старик рассказал, что всех ветеранов войны отделили, затем выдали им палки и отвели к туалету... Они пытались их заставить есть экскременты. Отказ послужил поводом к страшному избиению. Под угрозой смерти и дальнейших издевательств их заставили подписать заявление о добровольном отъезде в Армению. В соседнем с нами селе Ехцаог, мы об этом узнали позже, ОМОНовцы насиловали женщин; например, 15 мая они на глазах у матери изнасиловали дочь. Были и другие зверства. В нашем селе годовалому ребенку хотели отрезать язык, но к счастью вмешались два солдата и помешали. Практически в селе оставались женщины, дети и старики, т.к. вернувшиеся 16 мая мужчины вынуждены были прятаться в лесах - ОМОНовцы под предлогом того, что все они боевики, снова объявили на них охоту.
Я также свидетельствую, что в течение всего времени наши дома грабили. Награбленное машинами вывозили, по-видимому, в Лачин-ский район, т.к. номера на машинах были лачинские. Грабили ОМОНовцы и просто азербайджанцы из соседних сел Лачинского и Шушинского районов, в частности, из села Лисагорск. Грабили и громили открыто, на глазах у военных, у районного начальства, ведь вместе с солдатами к нам приехали Алескеров - прокурор Шушинского района, Гезалов - секретарь Шушинского райкома партии. Были, как мне говорили, и сотрудники КГБ из Лачина.
Солдаты тоже в стороне не стояли. Они за деньги обещали защищать нас по ночам от возможного набега ОМОНовцев и бандитов. Брали без зазрения совести деньги и уходили. Дело в том, что обыски, проверки паспортов, хотя им плевать было на паспорта, продолжались четыре дня с 7 часов утра и до 9 часов вечера. Днем в какой-то мере солдаты сдерживали азербайджанцев - достаточно было одного слова и ОМОНовец отступал. Вечером же они уезжали из села с тем, чтобы вернуться утром и фактически село, в котором оставались женщины и старики, было полностью беззащитным.
Большинство детей и женщин из нашего села Мец Шен. в том числе детей убитого брата и его жену, на двух вертолетах вывезли в Степанакерт, а оттуда на самолете в Армению. А тело моего брата так и осталось, наспех закапанное, в родном селе. Военные и азербайджанцы не разрешили его перевезти. Разумеется и речи не было о том, чтобы установить убийцу и судить, хотя мы всех их запомнили. 19 мая оставшихся мец-шенцев, и меня в их числе, погрузили на автобусы и доставили на территорию Горисского района Армении в село Тех.

28 мая 1991г.,
штаб-квартира "Мемориала"
(г.Москва)

[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9]

 

 

Наверх

 

Rambler's Top100

 
При полном или частичном использовании материалов с сайта, гиперссылка на Сумгаит.инфо обязательна. © 2005 res(a)sumgait.info